«Не менее 45 штук мешков»: куда под Марксом пропало несколько тонн смертельно опасного инсектицида

В Марксе 5 мая 2025 года судья районного суда Наталья Фролова отказала в гражданском иске местной прокуратуре к ИП Валентине Анохиной. Материалы дела после передачи документов сторонам 20 мая оказались в распоряжении редакции 164.RU. По данной статье фермеру могло грозить до восьми лет лишения свободы.

Основной причиной для отказа в удовлетворении иска стала пропажа от нескольких сот килограмм до четырех тонн инсектицида «Форат» или Thimet 10G (два названия одного вещества), запрещенного к использованию на территории РФ. Как отмечают местные жители, всего около 100-200 мешков, со склада, где они хранились, пропали. Сам склад сровняли с землей. В документах дела утверждалось, что на складе было не менее 45 мешков. Если вес каждого мешка 20 килограмм, то есть на складе было от 900 кг до 4 тонн, предположительно, смертельно опасного инсектицида Thimet 10G.

Корреспонденту 164.RU эту историю прокомментировал адвокат другого местного фермера, Дмитрия Журова, Виталий Пейдар. Он участвовал на процессе в качестве адвоката третьего лица, которым был как раз 55-летний Журов. Ранее фермер был осужден по делу о причинении смерти по неосторожности, когда после погрузки того самого инсектицида погиб 15-летний житель села Георгиевка Семен Кузькин.

Опасное вещество появилось на складе на окраине деревни Георгиевки в 1990-е годы. Как рассказывал 164.RU в прошлом году местный фермер Дмитрий Журов, историю появления инсектицида ему сообщил бывший председатель совхоза в селе.

«Здесь лежат удобрения с 1996 года. Когда мы разгружали их, я позвонил бывшему председателю совхоза Алексею Ивановичу Ефремову. Как он сказал, французы поставляли пшеницу, свои семена и заодно привезли эти французские удобрения. Не знаю, сколько за это заплатили. Потом они взамен забирали урожай», — отметил тогда фермер.

Позже часть полей вокруг, включая сарай, где хранился инсектицид, перешли в собственность фермеру Сергею Анохину, а после его смерти в апреле 2018 года — достались по наследству его супруге Валентине Анохиной из Балаковского района. В августе 2024 года по договоренности с ней и ее сыном, как сказал нам Дмитрий Журов, он решил освободить склад, чтобы хранить там свое сено. У него в аренде 93 гектара лугов, 16 гектаров пашни и 3 гектара пастбищ.

Однако фермер, видимо, не до конца осознавал, что хранится на складе. Он думал, что это удобрения и хотел вывалить инсектицид на поля. Впоследствии на суде Валентина Анохина не подтвердила эту версию, заявив, что Журов самовольничал. Алексей Ефремов, утверждает источник в силовых структурах, работает с Анохиной и при опросе следователем якобы менял свои показания. Он, предположительно, предупреждал Журова по телефону, чтобы фермер не трогал инсектицид.

8 августа прошлого года Журов якобы самовольно нанял двоих местных жителей на погрузку мешков с инсектицидом, чтобы они вытащили мешки с не принадлежащего ему склада и погрузили на телегу. Это были 15-летний Семен Кузькин и 24-летний Иван Шепелев. Перед погрузкой, как рассказывал нам Журов, сын Анохиной приезжал на склад, обсуждая тему погрузки.

Оба грузчика надели самодельные повязки на лицо, но у Семена была футболка с короткими рукавами, а у Данилы более основательная одежда, которая прикрыла ему кожу — кофта с длинным рукавом и воротником, закрывающим шею. Фермер Журов рассказывал нам, что юноши раз в полчаса умывались, чтобы смыть опасное вещество.

После обеда, закончив разгрузку, Иван вернулся домой и выпил пива. С ним ничего особо плохого не случилось. Семену дома стало хуже и ему вызвали скорую. Его отвезли в Маркс, но по приезду в больницу он скончался. Впоследствии экспертиза показала, что подросток умер от отравления инсектицидом «Форат» или Thimet 10G.

Виталий Пейдар сомневается в версии Анохиной. Он считает, что в округе деревни Георгиевка Анохина едва ли не самый главный человек и без ее ведома никто ничего не сделал бы, тем более никогда бы не тронул ее имущества на ее складе без спроса. «Она прекрасно знала, что это. Она прекрасно знала, чем занимается Журов», — высказал свое мнение адвокат. Кроме того, Анохина один из самых крупных фермеров Марксовского района и районный депутат от «Единой России».

По факту смерти Семена Кузькина в Следственном комитете было возбуждено дело по части 1 статьи 109 УК РФ о причинении смерти по неосторожности. Сначала об этом ничего не было известно, и местные жители обратились к другому депутату, Ксении Черновой. Только после того, как она подняла эту тему в муниципалитете, а затем к ней подключились СМИ, Александр Бастрыкин взял под контроль дело.

Виталий Пейдар считает, что, вопреки распространенному мнению, внимание СМИ повредило делу. Если бы следователю дали все оформить в обычном порядке, без срочного отчета перед Дмитрием Костиным (глава СК по Саратовской области) и Александром Бастрыкиным (глава СК России), Анохину могли привлечь к ответственности по факту смерти мальчика.

Но следствию пришлось срочно искать «виновного», считает юрист. Таким крайним стал как раз его подзащитный Дмитрий Журов. Он полностью признал вину, выплатил родителям погибшего ребенка деньги по гражданскому иску, а его дело слушалось в особом порядке, без рассмотрения доказательств. Это якобы также впоследствии повредило делу против Анохиной: инсектицид не был рассмотрен как доказательство и не приобщен к делу.

5 декабря прошлого года судья Олег Храмихин в Марксовском районном суде вынес приговор Журову в 1,5 года ограничения свободы и выплате морального ущерба семье погибшего мальчика в размере 2 млн рублей. Виталий Пейдар утверждает, что Журов выплатил эти деньги семье ребенка. Кроме того, он дважды в месяц ходит отмечаться в полицию, подтверждая, что не покидал пределов Марксовского района.

«Установлено, что 8 августа 2024 года подсудимый привлек к работе по выгрузке мешков двух знакомых в возрасте 24 и 15 лет. В дневное время на зерноскладе в селе Георгиевка они под его руководством перемещали мешки с токсичным веществом, запрещенным в Российской Федерации, которое применяется в сельском хозяйстве для борьбы с вредителями. Подсудимый не обеспечил 15-летнего подростка необходимыми средствами индивидуальной защиты и не предупредил о токсичности вещества. По завершении работ несовершеннолетний почувствовал недомогание и был доставлен в медицинское учреждение, где, несмотря на квалифицированно оказанную помощь, скончался в тот же день», — говорилось в релизе прокуратуры по итогам суда.

Источник в силовых структурах региона заявил, что хоть Журов и согласился признать свою вину и проходил в процессе по особому порядку, однако не сотрудничал со следствием. Фермер и депутат Валентина Анохина, на складе и земле которой хранился смертельно опасный инсектицид, никакого наказания за смерть ребенка не понесла. Пейдар считает, что у нее хороший юрист. Интересы Валентины представляла адвокат Елена Шангай из Энгельса.

В 2025 году по обращению депутата Ксении Черновой и Восточного территориального управления Роспотребнадзора по Саратовской области прокуратура в Марксе возбудила дело в отношении «неопределенного круга лиц» по части 3 статьи 247 УК РФ о хранении экологически опасных веществ, повлекшем смерть человека. То есть Валентина Анохина опять оказалась не причем, хотя мешки с неизвестным веществом находились на принадлежащем ей складе.

В материалах прокуратуры фигурировали описание всего наследства, доставшегося Анохиной в 2018 году от умершего мужа, однако там отрицается, что по документам ей принадлежали какие-либо мешки с инсектицидами. Ксения Чернова не смогла прокомментировать это дело 164.RU, так как находится под подпиской о неразглашении деталей дела.

Как следует из материалов гражданского дела, следователь СК Екатерина Карагодина 19 февраля 2025 года произвела осмотр места, в котором мешки грузили погибший Семен Кузькин и Данила Шепелев. Вместе со следователем склад осматривал представитель Роспотребнадзора Николай Веселов. В протоколе осмотра, что на складе «не менее 45 штук мешков темного цвета», а химический запах в помещении «может принадлежать некоторым видам пестицидов и агрохимикатов».

Данный протокол осмотра проводился без обязательного постановления суда и Пейдар утверждает, что он представлен с нарушениями закона, так как прокурор не вправе изымать материалы из уголовного дела и предоставлять их в качестве доказательства в гражданском деле.

Однако следователь Екатерина Карагодина не стала приобщать мешки в качестве доказательств или улик. Соответственно, ни мешки, ни склад никто не охранял. Адвокат Пейдар считает, что она должна была приобщить мешки к материалам дела в качестве доказательств, установить содержимое мешков, взять из каждого пробы, чтобы определить, было ли там вещество «Форат», чтобы точно определить объем опасного вещества.

Для этого надо было привлечь специально обученных людей, спецтехнику для транспортировки и вывезти их на ответственное хранение. Либо выйти в суд с ходатайством об уничтожении излишков вещества, оставив необходимое количество для расследования дела.

Он называет такую работу в рамках уголовного дела «халатной», потому что Карагодина в акте от 25 февраля установила, что вещество Thimet 10G не приобщалось к материалам дела. Он также не понимает, почему прокуратура, выходя с гражданским иском также не установила объем вещества, которое надо уничтожить.

Гражданский иск был передан в суд 10 февраля 2025 года, а 5 мая судья Наталья Фролова вынесла отказ в удовлетворении иска прокуратуры. Третьими лицами на процессе фигурировали фермер Дмитрий Журов и управление Роспотребнадзора. Истцом была Марксовская межрайонная прокуратура. Адвокат Пейдар предполагает, что такое решение было обусловлено тем, что прокурор не смог доказать наличие опасного вещества на складе.

В августе 2024 года после смерти мальчика журналисты 164.RU были возле склада. Буквально через полчаса после нахождения возле него мы сами почувствовали недомогание. Но наши ощущения к делу не пришьешь. 15-летний Семен Кузькин умер, но доказательства по его делу не изучались.

Суд по факту его смерти рассмотрел дело в особом порядке и с признанием вины обошелся без рассмотрения улик. Мать в этом деле оказалась на стороне Валентины Анохиной, считает Виталий Пейдар. По его мнению, ей указали на «главного виновника» — фермера Журова и с тех пор других версий она не рассматривает. Возникает закономерный вопрос: если опасное вещество не было признано доказательством по обоим делам, то кто виновен в смерти 15-летнего подростка Семена Кузькина?

Материалы решения суда должны были быть изготовлено в полном объеме к 20 мая.
На их обжалование у прокуратуры есть 30 дней, то есть до середины июня. Адвокат Журова думает, что прокуратура, скорее всего, будет обжаловать решение судьи Натальи Фроловой в апелляционной инстанции.

«Потому что отказ в удовлетворении иска повлечет за собой репутационные издержки надзорного ведомства. Оно говорит о качестве работы сотрудников прокуратуры. В данном случае они обратились в суд с необоснованными требованиями», — резюмировал адвокат.

В прокуратуре не стали отвечать на вопрос, будут ли они оспаривать решение судьи, без письменного запроса. В Следственном комитете готовы прокомментировать действия следователя Екатерины Карагодиной, но тоже только после письменного запроса. Адвокат Валентины Анохиной Елена Шангай отказалась комментировать информацию по делу и позицию своей подзащитной.

Подробно историю гибели Семена Кузькина в Георгиевке Марксовского района можно прочитать в репортаже 164.RU «Грузим смертельные химикаты чек»: как погиб 15-летний подросток под Марксом. В августе 2024 года мы съездили на место трагедии и опросили всех участников этих событий.