«Глубокие бешеные глаза и черная кепка»: что говорят очевидцы стрельбы в Марксе в деле Рубика Акопяна

В Саратовском областном суде 28 мая в начале процесса над Рубиком Акопяном из Маркса допросили свидетелей гособвинения. Всего было допрошено 11 человек. Подробности из зала суда сообщил корреспондент 164.RU.

Процесс проходил в здании областного суда на улице Советской, там учреждение соседствует с Октябрьским районным судом. Руководит процессом тройка федеральных судей в составе Сергея Вехова и Юлии Авдеенко под председательством Олега Бодрова. Государственным обвинителем выступает прокурор Максим Кузовкин, интересы пострадавших представляет адвокат Игорь Максимов. Защищает обвиняемого Денис Поздняков, назначенный от государства.

После вводной части, зачитывания сути дела прокурором настало время допроса свидетелей. Первыми решили опрашивать свидетелей обвинения. Открыл эту судебную рубрику пострадавший от стрельбы Алексей Соколовский. По его словам, с утра 24 ноября 2024-го он купил цветы матери, жене и дочери, чтобы поздравить их с Днем матери, отмечающимся в последнее воскресенье ноября. Затем созвонился и договорился с супругой, что встретит ее из Саратова, куда она ездила с дочерью на танцевальный конкурс.

Проезжая по городу на рабочей «Оке», он встретил своего друга Михаила Кутузова, который сказал ему, что идет к отцу. Тогда мужчина предложил довезти его на машине. Когда он поворачивал на улицу, где произошла трагедия, ему не уступил дорогу большой черный Land Cruiser, повернувший на ту же улицу перед ним. Он притормозил перед ним, пропустил и повернул туда же, за поворотом припарковавшись слева у дороги, после нужного им дома на обочине.

Land Cruiser проехал дальше, развернулся и подъехал к припаркованной «Оке». У него было открыто окно пассажирской двери спереди, через которое ранее незнакомый ему мужчина начал на них ругаться матом, а затем открыл огонь из пистолета. Алексей утверждает, что запомнил тогда Акопяна: «Глубокие бешеные глаза, борода и черная кепка — бейсболка».

Позже в больнице он сразу опознал Акопяна по фото. Он позвонил своему знакомому, бывшему следователю, чтобы тот вызвал скорую и полицию. Сам Соколовский никого вызвать не мог. После этого кто-то вызвал скорую, пока он пытался привести в чувство Михаила Кутузова, затем его забрали медики, и момента смерти друга он не видел.

Свидетель утверждает, что после того, как раны зажили, у него болит правая рука и он не может нормально работать. Он утверждает, что до трагедии в ноябре 2024 года он зарабатывал в среднем от ста тысяч рублей в месяц, а его жена — минималку, около 20 тысяч. В связи с этим он обратился с гражданским иском о взыскании со стрелявшего 2 миллионов рублей морального ущерба, который приобщили к этому делу. Также пострадавший подтвердил перечисленные прокурором повреждения машины от стрельбы из пистолета.

После него выступил отец убитого. С трудом сдерживая слезы, он рассказал, что в тот день возвращался в свой двор с продуктами, так как готовился выходить на следующий день на работу. Он увидел оцепление и внимательные взгляды соседей. Они позвали его к месту трагедии. Там он опознал тело убитого сына, залитого кровью, и увидел расстрелянную «Оку».

Бывшая жена убитого мало что рассказала по существу: о трагедии по большей части она узнала из новостей. Она утверждала, что Михаил должен был прийти к ней после обеда, чтобы помочь с установкой пластиковых окон.

После них выступила супруга раненного в перестрелке Алексея Соколовского. Она в тот день возвращалась из Саратова с дочерью после конкурса, созвонилась с мужем, который сказал ей, что готов ее встречать. Это было во второй половине дня.

Позже ей вновь позвонил муж и сказал, что их встретит его друг, а он ей потом всё объяснит. Когда она с дочерью приехала в Маркс, встретивший ее друг мужа всё ей рассказал. Отвечая на вопрос судьи о доходах, она ответила, что получала до ноября 2024 года минималку в размере 23 тысяч рублей, как и ее муж.

Позже в кулуарах суда во время перерыва в заседании адвокат обвиняемого Денис Поздняков рассказал корреспонденту 164.RU, что не стал акцентировать внимание на несовпадении показаний супругов Соколовских о доходах раненого, несмотря на то что это может повлиять на размер компенсации. Он вынужден строить стратегию защиты от того, что его подзащитный заявляет о своей невиновности. После выступлений указанных свидетелей, примерно после полудня, судья объявил перерыв до 14 часов.

Заседание возобновили в указанное время, без задержек. Первой вызвали младшую сестру Рубика Акопяна Анну, после нее выступала их старшая сестра Сюзанна.

Обе свидетельницы говорили примерно одно и то же, охарактеризовав брата положительно. Анна рассказала, что Рубик помог ей вырастить 18-летнюю дочь. Также она напомнила, что он воспитал сына своей жены от предыдущего брака и у него растет 10-летний сын, а также рассказала о его активной помощи родителям.

Сестры рассказывали суду, что их брат после смерти отца в 2021 году начал чувствовать панические атаки, у него отнимались ноги. В 2023 году он приехал в Маркс из Подмосковья, где он жил, чтобы лечиться. Из дома почти не выходил, жил с мамой. Деньги на продукты ему давали родственники, пока мужчина проходил лечение. В частной клинике «Сова» ему поставили психиатрический диагноз, который из-за врачебной тайны мы не можем озвучивать.

Здесь, в Саратовской области, он якобы не мог лежать в государственных учреждениях, саратовском или энгельсском, так как Рубик был прописан в другом регионе, утверждала старшая сестра Акопяна. Сюзанна ходатайствовала о приобщении к делу диагноза Рубика и характеристики от соседей. После обсуждения со сторонами процесса диагноз к делу не стали приобщать, так как ранее аналогичную бумагу, по словам судьи, уже приобщили к делу.

Сюзанна заявила о нестыковках в деле: на видео нет стрельбы, голос Акопяна на видео, распространенном в интернете, не соответствовал голосу Рубика. Также на смывах с рук и одежды Акопяна, утверждала его сестра, следов пороха якобы не было обнаружено.

Главным непонятным моментом, по мнению Сюзанны, выглядит двойной обыск в квартире. В день задержания, по ее мнению, обыск был проведен без понятых и хозяйки, но ни оружия, ни патронов так и не нашли. У хозяйки есть видео после этого обыска, когда в квартире всё перевернули вверх дном. Также обе сестры Рубика сообщили о немотивированной агрессии полицейских, которые задержали их брата. У Анны, по ее словам, на фоне этого пропало грудное молоко. После них должна была выступать мать Рубика Акопяна Алвард Ктричовна, но ей стало плохо, и женщине вызвали скорую.

Следом прокурор вызвал Садоят Перимову, представительницу хозяина квартиры, где проживали Рубик и его мать. Она рассказала, что сдала квартиру Алвард и ее мужу (он уже умер) еще шесть лет назад. Ее отец, владелец квартиры, инвалид 1-й группы, поэтому вопросом аренды занимались она и ее брат. Она сдала супругам Акопянам-старшим пустые стены, и всё, что там сейчас есть, включая всю мебель, — имущество арендаторов.

При первом обыске она зашла в квартиру, где группа захвата выбила входную дверь. В квартире, с ее слов, были только следователи и не было понятых, протокол обыска она не видела. Ей объяснили, что выбили дверь, чтобы задержать «опасного преступника». Она видела на полу пару автомобильных номеров и гильзы. Когда судья попросил уточнить ее, гильзы это были или патроны, Садоят затруднилась ответить, так как не разбирается в боеприпасах. Она предположила, так как прошло много времени, что в тот день могли найти травматическое оружие. А пистолет, из которого стреляли, нашли при следующем обыске, хотя и в первый раз всё перевернули вверх дном.

Михаил Мизев тоже потерпевший. В тот злополучный день он пытался выехать из двора на своем Renault Sandero. Он увидел, как к припарковавшейся недавно «Оке» подъехал Land Cruiser. Он не разобрал точную марку машины — 200-й это был или Prado. Единственное, что он разглядел, — это был сильно испачканный джип темного цвета и это Land Cruiser в старом кузове.

Задние окна были затонированы, и он не видел, был ли кто-нибудь еще в машине. Мужчина заметил только Акопяна. Из-за игравшей в его машине музыки Михаил не слышал, на что ругался Акопян, только по гримасе на его лице понял, что «там что-то происходит». Затем он услышал хлопки и в конце почувствовал удар по своей машине и характерный металлический звук. Момент стрельбы он не видел, так как обзор ему загораживала «Ока».

Всё произошло в течение минуты, и затем джип уехал. Выйдя из машины, он увидел погнувшееся от выстрела крыло. Видимо, пуля прошла рикошетом. «Ока» была расстреляна и усыпана стеклами, а раненые вышли из нее. Позже ремонт его автомобиля был оценен экспертами примерно в 15 тысяч, но в реальности ему называли цену в 25 тысяч. Мужчина сказал, что попробует сам отремонтировать повреждения машины.

Следом прокурор вызвал полицейского Дмитрия Кукринова, который работает в областном центре с комплексами видеофиксации правонарушений на дорогах. Он рассказал об общих принципах своей работы и о том, как выдавал видео с камер по запросу. Какое именно ведомство у него запрашивало информацию, он не вспомнил. Лишь пояснил адвокату обвиняемого, что точность времени на камерах проверяется с помощью спутников GPS и ГЛОНАСС и что никаких сбоев программного обеспечения в тот день не фиксировалось, поэтому он ручается за точность времени на видеозаписях, которые есть в материалах дела.

Следом выступил врач-хирург из Марксовской районной больницы, он рассказал, что лечил Соколовского после получения им тяжких повреждений, и в целом описал характер его ранений. Прокурор также опросил свидетеля Ажмуратова, которому после стрельбы позвонил Соколовский, попросив вызвать скорую и полицию. Последним свидетелем выступила мать Акопяна, 63-летняя Алвард Ктричовна, которой стало лучше после приезда медиков.

Утром 24 ноября, в половине девятого, она ушла на работу в «Яблоньку». Сын, по ее словам, остался дома. Целый день она спокойно работала и только к вечеру узнала, что в городе была стрельба, убийство и что в этом обвиняют ее сына. Женщина, давая показания, плакала, судья ее останавливал и успокаивал.

После ее выступления в процессе объявили перерыв. Следующее заседание назначили на утро пятницы, 30 мая, на котором со стороны свидетелей обвинения должны выступить бывшая супруга Рубика Акопяна из Москвы по видео-конференц-связи, а также барбер Гуреев из Маркса, который может рассказать, что ранее видел Акопяна с оружием.