«Школа Шредингера»: как под Энгельсом развернулась борьба за начальные классы

Жители села Усть-Караман Энгельсского района в очередной раз обратились в редакцию 164.RU. В этот раз их беспокоит фактическое закрытие местной школы, где учились дети с 1-го по 4-й классы.

Всё началось с интриг со сторожами и едва не обернулось полной ликвидацией школы. Рассказываем, при чем тут дети и энгельсское «Боевое братство». Журналисты 164.RU выезжали на место, чтобы лично разобраться в этой запутанной деревенской истории.

Ранее мы уже писали про это село. Тут живет порядка 100–130 человек, в основном это старики. Есть несколько многодетных семей, их дети мыкаются по школам в соседних населенных пунктах.

Съехав с асфальтовой дороги на грунтовую, я понял, что мы въехали в село. Был ли дорожный указатель с названием населенного пункта раньше, я не заметил. Мы остановились посередине поселения возле одноэтажного здания из криво сложенного кирпича и со старым, дышащим на ладан деревянным входом. С другой стороны во дворе там стоял деревянный туалет — его вернее назвать нужник, потому что иначе как по сильной нужде туда живого человека не загонишь.

Минут через пять к нам подошла местная жительница Светлана. Она рассказала всю подоплеку событий. Разумеется, она не экстрасенс и мы созвонились заранее. Кстати, зданием с криво сложенным кирпичом оказалась бывшая-нынешняя школа. Она, как «кот Шредингера», закрыта и открыта одновременно. Но обо всём по порядку.

Школьные проблемы села начались со сторожей. Здесь, в здании бывшей-нынешней школы, по очереди дежурят три женщины. Почти как в сказке Ершова. Они дежурят ночами, с 20 часов вечера до 8 утра, и в выходные — круглосуточно. Одна из сотрудников охраны — из соседнего села, поэтому трудится, по словам Светланы, честно. Объективно ночью с этого «корабля» в чужом селе ей некуда деваться.

Зато местные — они приходятся друг другу сестрами, — приходя на дежурство, снимают с входной двери амбарный замок. После этого одна из них заходит, включает телевизор и усиленно делает вид, что работает. Через некоторое время она выходит через черный выход, туда, где туалет «типа сортир», и потихоньку трусит домой. Также делает и вторая сестра. Светлана утверждает, что много раз их видела за подобным занятием вся деревня.

Все три сторожа получают «минималку», 23–25 тысяч в месяц. Ей обидно, и женщину можно понять. Примерно за те же деньги она ездит в соседнее село, но не на дискотеку. Она трудится социальным педагогом в другой школе. А раньше работала учителем младших классов в этой, которая бывшая-нынешняя.

Пару лет назад из этой школы уволилась пожилая учительница, выйдя на пенсию. Объективно она трудилась давно и больше не тянула. Какое-то время тут работала молодая учительница, но ей чего-то не хватило, и она перебралась на другое место работы. У Светланы четверо детей, и она сидела в декрете с младшим. Ее попросили выйти из декрета пораньше, женщина переучилась и начала работать в этой школе.

Тут были занятия для учеников 1–4-х классов. По словам Светланы, даже ее муж заканчивал первые четыре класса школы именно тут. Сама она не местная, училась в другом месте. Раньше в селе был даже детский сад. Сейчас тут магазин, открытый пару лет назад фельдшерско-акушерский пункт (ФАП) и злополучная школа.

Некоторое время Светлана там преподавала. Тогда там учились ее собственные дети. Всего было около десятка ребят. Однако бегающие по ночам с работы сторожа вынудили ее пожаловаться директору школы.

Дело в том, что эта школа — филиал МОУ СОШ села Ленинского. Ею управляет руководитель «Боевого братства» по Энгельсскому району Денис Чалов. В селе говорят, что бегающие с работы сестры — родственницы одной из его заместительниц. Но это всё только местные слухи.

Их, разумеется, не уволили. Они забрали своих детей и перевели их в школу соседнего села. Денис Чалов заявил, как говорит Светлана, что здание школы аварийное. Кто же в селе будет спорить с директором школы? Оставшиеся четыре-пять детей были переведены в соседние учебные заведения. Но не в школу села Ленинского. Ибо в заведении под управлением Дениса Чалова нет автобусов.

Зато в остальных окружающих школах есть. По пути в селе Генеральском мы видели школьный автобус, который, обогнав нас, привез несколько ребят в Усть-Караман. Когда мы говорили со Светланой, они проходили мимо нас и здоровались.

Позже к конфликту подключилась активистка из Энгельсского района, член партии с невыговариваемой (гораздо более невыговариваемой, чем это слово) аббревиатурой СРПЗП, по имени Мария. Во-первых, она обратилась к лидеру своей партии, но он может только помочь с выделением денег на ремонт. Но и это не точно. Во-вторых, она уточнила в прокуратуре, также с помощью Сергея Миронова, что здание не было аварийным. Точнее, там наверняка требуется ремонт. Но вот по документам никто школу аварийной не признавал.

Только родители оставшихся школьников обратно уже не вернут, да и ради пятерых ее обратно открывать не станут. Это возможно только в случае, если в первый класс придет столько ребят сразу. У Светланы двое маленьких детей, 3 и 5 лет, которые теоретически могут пойти в эту школу, если ее откроют через 2–4 года. Другим двум ходить сюда уже поздно, они старше 4-го класса и ранее учились здесь.

Директор, как рассказала сама Светлана, договорился перед закрытием и нашел работу учительнице в школе в соседнем селе. Теперь она ездит туда ежедневно за 15 километров. Один из ее маленьких детей — инвалид, поэтому она возит его в город и только потом едет на работу. Но в новой школе ей пошли навстречу и помогли выстроить удобный график.

В феврале этого года, раз школу закрыли, активисты из числа сельчан добились, чтобы к ним из соседних Домов культуры и районного центра стали приезжать педагоги с мастер-классами (МК). В телеграм-канал Усть-Карамана, в котором почти полторы сотни пользователей, кидают объявление о предстоящем МК: таким образом людей и детей оповещают. К приезжим педагогам собирается от полудюжины до 8–10 детей разных возрастов.

15 мая на встрече с министром и руководством администрации Энгельсского района местные жители предложили перевести бывшую школу, которая всё равно не функционирует, в статус Дома культуры. Министр образования Саратовской области обещал подумать над этой проблемой, а вот замглавы муниципалитета Евгений Шпольский заявил, что власти не рекомендуют этого делать: если из села убрать здание школы, обратно «провернуть фарш» не удастся. Смерть школы означает смерть села, считает чиновник. Может, он и прав.

Когда мы собирались уезжать, к бывшей-нынешней школе приехали две женщины. Они были на старом «Форде». Они открыли навесной замок на здании школы и начали зазывать посетителей с детской площадки. Еще два малыша подкатили на велосипедах.

Нам они сказали, что приехали из ДК в соседнем селе, чтобы провести мастер-класс детям. Обычно ключи от амбарного замка им подвозят прямо к школе, но в Ленинском сегодня свои мероприятия, и поэтому они сами туда заехали. В июле–августе у всех руководителей Домов культуры в округе отпуска, поэтому, скорее всего, мастер-классы для детей будет вести некому.

Между школой и ФАПом есть детская площадка. Единственная горка вся замотана сигнальной лентой, как будто это место преступления, а не горка для трехлетних малышей. Недавно ее покрасили, закрасив краской и торчащие гвозди с шурупами. Дети поранились, и горку сначала замотали веревками, которые дети тут же порвали. Затем горку обмотали лентой и повесили две бумаги формата А4 с надписями: «Доступ к детскому элементу запрещен». А что, пусть трехлетки с детства привыкают к чиновничьему языку.

Песок сюда подвозят ежегодно, есть официальная песочница и неофициальная — у основания горки. Причем заехать грузовик с песком не может, высыпая кучу песка прямо на дорогу. Прошлым летом проезжающий водитель чуть не задавил ребенка в импровизированной песочнице.

Поэтому теперь после его привоза родители берут тачки и сразу затаскивают его внутрь детской площадки. Ограду муж Светланы много раз сам ремонтировал, она держится еле-еле. Ограда и правда хлипкая, проверил лично.

По ощущениям и внешнему виду ремонтировать площадку, как и здание школы, надо обязательно. Возможно, это позволит вдохнуть жизнь в село еще хотя бы на одно поколение.

В пресс-службе Министерства образования нам ответили, что лучше всего обращаться в администрацию Энгельсского района по вопросу школы. В муниципалитете ответили следующим образом.

«С февраля 2025 года культорганизаторами и руководителями кружков ДД „Ленинский“ и ДД „Подстепновский“ (филиалы МБУ ДК „Красноярский“) организована культурно-досуговая деятельность для жителей села Усть-Караман в здании школы согласно общему плану мероприятий.

Мероприятия также проводятся инструкторами по спорту и специалистами по работе с молодежью учреждений, подведомственных управлению по физической культуре, спорту, молодежной политике и туризму. Перевод здания школы на баланс Дома культуры не планируется», — сообщили в администрации района.

Мы попытались получить комментарий Дениса Чалова, но он сначала сослался на занятость, а потом перестал выходить на связь.