Тишина в ушах: саратовские врачи-сурдологи рассказывают, как не потерять связь с миром

Сколько раз мы с раздражением говорили другим, если они с первого раза не расслышали: «Ты что, оглох?» А что, если и правда оглох? Снижение слуха происходит не так ярко и заметно, как другие дисфункции организма, например, потеря зрения. Но как отследить эту проблему? Мы отправились в единственный в Саратовской области сурдологический центр при СГКБ № 6 им. академика В. Н. Кошелева, чтобы не только проверить слух, но и узнать, можно ли оглохнуть от громкой музыки и как вылечить тугоухость.

Заведующая сурдологическим центром Елена Сумина рассказывает, что в эту специальность ее привела не судьба, а вполне реальный человек — основатель центра Семен Лазаревич Рудницкий.

— После окончания саратовского мединститута я работала врачом-отоларингологом в детской областной больнице. Но после знакомства с Семеном Лазаревичем решила повнимательнее ознакомиться с сурдологией. Эта специальность показалась мне интересной и такой, более женской, наверное, — смеется Елена Алексеевна. В итоге уже 16 лет как она врач-сурдолог.

Мы идем по консультативно-диагностическому отделению Центра оториноларингологии и сурдологии — это его официальное название, который расположен на 9-й Дачной. Елена Алексеевна показывает мне кабинеты врачей-сурдологов, логопедов, невролога, отоларинголога — все эти специалисты необходимы для диагностики нарушений слуха у взрослых и детей.

— В чем специфика вашей специальности?

— Подчеркну, что наш центр — единственный в Саратове и области, и уже одно то, что он уникален, говорит о том, что врач-сурдолог — специальность редкая. Все пациенты, у которых есть проблемы со слухом, направляются к нам. Мы должны установить степень потери слуха, провести лечение, дать рекомендации, чтобы человек смог вернуть то, что было потеряно. Самое главное — мы помогаем человеку в социализации, помогая ему вернуться в мир звуков. Общение с миром во многом строится на нашем умении слышать и слушать друг друга.

В сурдологическом центре всё как положено: регистратура, call-центр, ведется картотека. Из необычного — аудиологическая лаборатория, где проводят аудиометрию. Пациент надевает наушники и, если слышит сигнал, нажимает на кнопку. Так составляется аудиограмма. Также в центре есть ЛОР-отделение, где пациенты проходят стационарное лечение.

— Я познакомлю вас с нашим главным сурдопедагогом. Это Ирина Альфредовна Верещагина. У нее огромный опыт работы с детьми. Что называется, дверь открывается, — а она уже может предположить диагноз, с которым пришел ребенок, — говорит Елена Алексеевна. — К сожалению, нарушение слуха у детей — достаточно распространенная патология, встречается у трех-четырех малышей на 1000 родившихся. У трети детей с предрасположенностью к тугоухости слух может ухудшаться в течение первого года жизни. Самый современный способ проверить слух на сегодняшний день — пройти скрининг на акустическом импедансометре и клиническом аудиометре. Это быстрая и безболезненная процедура, которая позволяет определить наличие любой патологии слуха.

Первый аудиологический скрининг новорожденных проводится в роддоме на 3-5-й день жизни. В сурдологическом центре при 6-й горбольнице детки обследуются с трехмесячного возраста. Есть исследование, которое чаще всего маленькие дети проходят во сне, — это регистрация слуховых вызванных потенциалов (КСВП — коротколатентные слуховые вызванные потенциалы). Они регистрируются с помощью электроэнцефалографии (ЭЭГ). Этот метод изучает проведение слухового сигнала по слуховому нерву и другим структурам слуховой системы.

Исследование как раз должен был пройти мальчик трех лет. Но не случилось — малыш не заснул. Мы зашли в кабинет без света. На медицинской кушетке лежали одеяльце, подушки, игрушки.

— Не спит и всё, хотя раньше на разных исследованиях сразу засыпал, — удивляется мама. — Мы в 4 утра встали, он уже изнылся весь — спать хочет, а тут ни в какую.

— Теперь в следующий раз, — говорит ей Елена Алексеевна.

— Ребенок что-то чувствует во время исследования?

— Нет. Как раз для того, чтобы оно прошло спокойно, его проводят во сне. Потому что бодрый ребенок не усидит на одном месте длительное время.

— А сколько по времени оно длится?

— Если у ребенка слух хороший, в пределах нормы, то все проходит быстро. Достаточно 20−25 минут, чтобы поставить хорошие результаты. Если у ребенка есть снижение слуха, то, соответственно, время на обследование увеличивается: мы предъявляем стимулы все выше и выше и ищем, на каком предъявлении стимула у ребенка есть ответ. На основе этого делается заключение.

— А если всё плохо?

— То слуховой аппарат или кохлеарная имплантация — в зависимости от степени потери слуха.

Мы возвращается в кабинет сурдопедагога Ирина Верещагиной. Она принимает последнего маленького пациента, проводит аудиметрию. Со стороны это выглядит как игра — мальчик сидит в наушниках и собирает пирамидки.

— Задача педагога — наладить контакт с ребенком, чтобы по его реакциям — зрачковой, мимической, поведенческой — определить порог снижения слуха, — объясняет Елена Алексеевна. — Это достаточно сложно.

За Мишу беспокоится мама. Ему всего три года, но он уже многое перенес за свою маленькую жизнь.

— До года было все как обычно, — рассказывает Наталья. — Отзывался на имя, играл в ролевые игры, имел указательный жест. Потом он переболел ковидом и случился откат — перестал отзываться на имя. Пропали жесты, и он как будто всем своим видом показывал, что отрешен от нас, сидит в своей капсуле. Мы работали с неврологом, и потихоньку все навыки начали возвращаться, речь. Но потом на фоне еще одной инфекции у него случился отек головного мозга и снова все пропало. Сейчас он может показать рукой, если что-то хочет, но полноценная речь так и не вернулась. Иногда только есть причитания «ай-яй-яй», «ой-ой-ой» и слово «дай» на данный момент.

Миша уже прошел многих врачей, и маме посоветовали проверить его слух. Если с ним все в порядке, то причину нарушений нужно будет искать в другой сфере.

Ирина Верещагина — сурдопедагог, со стажем почти в 40 лет. Она не врач, а именно сурдопедагог, то есть дефектолог. Училась в московском педагогическом институте. Потом приехала на практику в энгельсскую школу глухих, гуляла по областному центру и решила остаться в Саратове.

— А почему вы пошли в сурдопедагоги?

— Это семейная история. Мой брат в 10 классе оглох на одно ушко. И, конечно, мне захотелось всех вылечить. А работа с детьми всегда привлекала — они маленькие и беззащитные, им хочется помочь.

Ирина Альфредовна говорит, что самое главное для детей с нарушением слуха — социализация. Поскольку, если они не слышат обращенную речь, то могут не начать говорить.

— Сейчас есть отличные возможности, чтобы восстановить слух, слуховые аппараты, кохлеарная имплантация. Благодаря таким усовершенствованиям дети быстро начинают понимать обращенную речь, общаться. Впоследствии они могут вести абсолютно обычную жизнь. Для родителей, узнающих о проблемах со слухом у ребенка, это сначала шок, конечно. Но после принятия диагноза все нормализуется. Только недавно мне звонила одна мама и благодарила за то, что мы посоветовали сделать сыну кохлеарную имплантацию. Ребенок учился в обычной школе. А потом позвонила и поблагодарила за совет поступать в Бауманский технический институт — сын теперь там успешно учится. Так что дети с нарушениями слуха прекрасно адаптируются к жизни.

Заведующая сурдологическим центром Елена Сумина говорит, что проблемы со слухом могут случиться в любом возрасте. И необязательно, что они обусловлены генетически.

— Это может быть остро возникшая ситуация в ответ на перенесенные заболевания, травмы. Это могут быть акустические травмы, которые часто встречается у молодежи, тех, кто любит громко слушать музыку в наушниках. Громкий звук и вибрации — основные враги нашего слуха. Шум в ушах и нарушение разборчивости речи, когда человек не может расслышать обращенные к нему слова собеседника в общем шуме, — первые признаки такого нарушения слуха. Сейчас у нас активно идет прием пациентов — бойцов, вернувшихся с СВО. После минно-взрывных ранений, контузий, после акубаротравмы снижение слуха — распространенное явление.

— С возрастом слух у всех снижается или нет?

— Это зависит от сопутствующих заболеваний. Если у пациента есть заболевания, которые связаны с сосудистыми нарушениями, сахарный диабет, то вероятнее всего. Кроме того, слух снижается постепенно, и пациенты зачастую не сразу обращаются за помощью, а обращаются только тогда, когда им говорят об этом родственники, друзья, соседи. Когда они начинают на высокой громкости слушать телевизор и это не нравится родственникам. Только сегодня был пациент, который отметил, что слишком часто ему в стену начали стучать соседи, чтобы он сделал звук телевизора тише.

Елена Алексеевна также рассказывает про такое необычное заболевание, как болезнь Меньера — невоспалительное заболевание внутреннего уха вследствие избыточного количества жидкости в полости внутреннего уха.

— У заболевания приступообразное течение с приступами головокружения, тошноты, рвоты. В момент приступа у человека снижается слух, поэтому его направляют к нам, но как правило, в момент приступа он к нам не попадает. В межприступном периоде пациент, в принципе, здоров, но вот эти приступообразные состояния возникают внезапно, и где застанет его этот приступ, сказать очень сложно.

— А может человек жить и не замечать снижение слуха?

— Есть люди, которые, в принципе, понимают, что это не смертельно, и не спешат обращаться за помощью. Мы же не знаем ни одного человека, который бы умер от снижения слуха. Поэтому они тянут до последнего и приходят уже тогда, когда мир вокруг них почти полностью замолк. Хотя главное правило — чем раньше обратиться к врачу, тем успешнее прогноз.