«Исходное ядро человеческой индивидуальности»: священник — о том, какие книги надо читать, чтобы вернуться к себе

Иногда складывается ощущение, что люди разучились читать книги. Клиповое мышление, кликбейты — мы сидим в телефонах и скроллим ленту. И слова уже пошли не те, что раньше, появляются новые термины. Например, думскроллинг — это навязчивое чтение негативных новостей в интернете, в социальных сетях или новостных лентах, даже если это вызывает тревогу и расстройство. Но мы решили подумать о хорошем. И поговорили с игуменом Нектарием Морозовым, настоятелем Саратовского храма святых первоверховных апостолов Петра и Павла, писателем и публицистом на тему хороших книг и православной литературы: что надо читать и зачем?

— Что, по мнению православного священника, нужно читать современным людям?

— По моему личному мнению, а не мнению священника вообще, абстрактного, нужно читать хорошие книги, которые с одной стороны, позволяют человеку становиться добрее и лучше и заставляют его обращаться к своим собственным до конца неизведанным глубинам. А с другой стороны надо читать книги, которые позволяют человеку развиваться, позволяют думать, в том числе на различные сложные темы, находить ответы, спорить с авторами, не соглашаться, потому что в дискуссии с автором зачастую рождаются очень интересные и хорошие мысли у человека. Безусловно, на мой взгляд, надо читать те книги, которые могут позволить человеку постепенно прийти к самому главному, к самому высокому смыслу из существующих; к тому смыслу, который реализуется не только в этой жизни, но и за ее пределами. Этим смыслом является вера человека в Бога. Я ни в коем случае никому этого не навязываю, но, конечно, считаю, что такие книги читать хорошо. Потому что если книга помогает нам пройти только лишь тот путь, который ведет нас от рождения до смерти, то что же дальше? Поэтому очень важны те книги, которые позволяют человеку начать готовиться к тому, что будет после.

— Для этого с детства надо приучать ребенка к книгам?

— Надо действительно начинать учиться читать с детства. Но мне кажется, если родители не читают сами, то успех будет частичный. Потому что ребенок может в детстве слушать сказки, которые они ему читают, но когда подрастет и увидит, что в семье нет культуры чтения, то это сильный антипример. Если же ребенок видит культуру чтения в семье, понимает, какой в ней заложен смысл, то этому примеру будет следовать. По крайней мере, достаточно высока такая вероятность. Читать нужно для начала сказки, потом хорошие детские книги, и, безусловно, говорить с ребенком. Давать ему высказаться, обсуждать поступки героев, выяснять, а были ли другие варианты, и как бы он поступил на месте этого героя. Нужно не просто читать книги, но и проживать эти книги.

— То есть, проживать жизнь разных героев. Почему это важно?

— Есть такая потеря, с которой сталкиваются практически все люди: они постепенно взрослеют и утрачивают самих себя. Потому что в человеке первоначально заложено всё, что есть собственно он. Я называю это неким исходным ядром человеческой индивидуальности. Это замысел Божий о человеке, который реализован конкретно в момент его рождения. И всё лучшее в человеке в это время уже есть. Но потом происходит масса всего, на человека влияет окружающая среда, далеко не всегда идеальные отношения с родителями. Появляется то, что мы называем впоследствии детскими травмами, и ребенок все дальше и дальше уходит от себя. Зачастую люди строят жизнь, ориентируясь на что-то вне самого себя. То есть на какие-то долженствования, на какие-то чужие колеи, в которые они пытаются встроиться, на мнение родителей. Они могут указывать — иди учиться сюда, работать — туда, на этой не женись… И потом годам к 30 или 40, кто-то позже, человек понимает, что живет жизнью, которая ему совершенно не нравится. Не нравится, потому что она не его, не соответствует его глубинным запросам. Но проблема в том, что эти глубинные запросы он толком не знает. Он не знает себя, он слишком далеко от себя ушел. И вот тут, как ни странно, детские книги могут очень сильно помочь. Потому что, когда ребенок вырастает во взрослого человека, он безусловно забывает, что читал в детстве. Но когда он вновь берет эти книги в руки, став взрослым человеком, то начинает вспоминать, кто из героев ему нравился, с кем он себя отождествлял, о чем мечтал, начинается возвращения к себе. И это на самом деле совершенно чудесная вещь, потому что человек может понять спустя 10, 20, 30 лет, что же для него на самом деле важно, и книги здесь могут сыграть огромную роль.

Может быть иначе — человек читая то, что любил в детстве, поймет, что он живет именно свою жизнь. И то, что для него было дорого в 5, в 7, в 10 лет, для него осталось точно так же дорого и в 50. А если у человека не было чтения в детстве, когда этого опыта уже нет, этот возврат не так легко произвести. Нам уже приходится ориентироваться на игры, на мультфильмы, на какие-то мечты, а их не всегда легко вспомнить. А книги приносят много воспоминаний.

— Мне кажется, современный мир, перестал предполагать чтение книг.

— Вы знаете, люди, которые хотят в жизни преуспеть, читают. Люди, которые хотят, чтобы их дети преуспели, заботятся о том, чтобы они тоже читали. Потому что ничто не сравнится с чтением по той динамике развития человеческого мозга и мышления, которое оно дает.

— Имеет ли значение, какие это книги — бумажные, электронные?

— Я сам читаю электронные книги, потому что много езжу и не всегда могу взять с собой в дорогу 2-3 книги, которые мне в это время нужны. Хотя бумажная книга, конечно, гораздо теплее ощущается, и я, например, всегда что-то подчеркиваю, когда читаю. Эти пометки позволяют спустя какое-то время обратить внимание на то, что я первый раз счел для себя важным.

— Каких авторов вы считаете обязательными к прочтению в детском возрасте?

— На мой взгляд, обязательно прочтение Януша Корчака. Его прекрасная история о короле Матиуше состоит из нескольких произведений. Еще одна его абсолютно блестящая, замечательная книга «Когда я снова стану маленьким», ее надо читать и детям, и взрослым. Это история взрослого человека, который как-то проснулся в теле ребенка, и начал как взрослый оценивать все, что делают взрослые, родители, учителя. И какой же это оказался ужас. Еще одна книга Януша Корчака называется «Как любить ребенка», она уже для взрослых. Если бы каждый родитель прочитал эту книгу и поверил ей, то детство огромного большинства людей было бы совершенно иным. Потому что главная мысль, заключается в том, что любовь к ребенку — это доверие ему возможности принимать самостоятельные решения. Это трудно с чем-то сравнить по важности.

Безусловно, обязателен к прочтению Виктор Драгунский. Его произведения, которые все знают как «Денискины рассказы» — удивительно добрые, удивительно светлые и хорошие. И если бы я их не читал в детстве, то, наверное, и моя взрослая жизнь была бы иной. Есть замечательный писатель, который, кажется, сейчас менее известен, Алан Маршалл и его произведение «Я умею прыгать через лужи». Это история мальчика, который переболел церебральным параличом, история преодоления.

Также это, безусловно, практически все книги Астрид Линдгрен, начиная с «Малыш и Карлсон», заканчивая «Пеппи Длинный Чулок», «Тим Талер, или Проданный смех» Крюса, «Путешествия Нильса с дикими гусями» Лагерлеф. Это то, что я вспомнил навскидку. Конечно, Винни-Пух.

— Но вы не вспомнили Шарля Перро? Там достаточно специфические сказки, кто-то кого-то убивает.

— Поэтому и не упоминал, потому что сказки порой бывают недобрые, и такие читать я бы не советовал. Я помню, они и меня в детстве очень огорчали, расстраивали. В том числе и русские народные тоже. Там такое, что страшнее не придумаешь. Но фантазия должна быть наполнена добрыми уроками, а не злыми. Зачем фантазировать на тему зла? Другое дело, когда человек подрастает, он может читать книги на разные темы. И там это зло может присутствовать, потому что, как ни крути, оно наличествует в мире.

— Для подростков, наверное, тоже нужно совсем другое чтиво. Чак Паланик, например.

— Я не уверен, что подростку надо обязательно читать Чака Паланика. Это, конечно, определенный памятник определенной эпохе, но точно ли это то, что позволяет сформироваться человеку полноценным образом? Я помню, что, будучи подростком, читал Шекспира, Гете, Шиллера, Стендаля, и это чтение мне очень много дало. Это хорошие образцы драматургии, языка в хороших переводах. Если бы вместо этого я читал Чака Паланика в этом возрасте, то он точно дал мне гораздо меньше. Его я прочел лет в сорок. Было интересно, познавательно, но не могу сказать, что это дало что-то новое. Это скорее было знакомство с той частью культуры современной жизни, с которой я не настолько много соприкасаюсь, потому что по большому счёту это культура в большей степени офисного работника. Он сидит в загончике и для него вырваться и побыть какое-то время зверем — это эквивалент свободы. В подростковом возрасте это знание не принесло бы мне пользы.

В подростковом возрасте, помню, мне очень понравилась книга «Сверстники» американской писательницы Марджори Киннан Ролингс. Это история про мальчика, который жил с мамой, с отцом на очень глухой ферме в Австралии, и в какой-то момент в его жизни появился олененок, которого он спас. Потом этот олененок вырос в оленя, который уничтожал их посевы. Они жили в таких условиях, что для них это, по большому счету, было равноценно смерти. И обозначился единственный возможный выбор — его убить. Оленя убивает сам мальчик. И это не про жестокость. Потому что на одной чаше весов он сам, его мама и папа, который только что отправился после укуса змеи, а с другой стороны этот олень. И он его убивает, возвращается домой, говорит отцу, что он его ненавидит, потом успокаивается. И отец отвечает ему: «Ты знаешь, в этой жизни каждый из нас в какой-то момент может столкнуться со стеной. Ты можешь биться о неё, стучать кулаками, ногами, но ты её не сдвинешь с места». Я это очень хорошо запомнил, эта книга у меня осталась в памяти надолго.

— Может быть, у вас просто определённый склад характера, поэтому подобное вам было интересно в подростковом возрасте?

 — Я думаю, что это и склад характера, вероятно, но и, собственно, время было другое. Потому что, да, тогда я читал Фейхтвангера, Золя, Анатолия Франса. Не думал о том, что чтение очень много может дать, было просто интересно. Но чтение влияет абсолютно на все: на то, как мы думаем, как говорим, как общаемся с людьми, как решаем задачи, которые перед нами стоят. Потому что хорошая литература дает многообразие отношения к каким-то сложным вещам, многообразие решений в сложных жизненных ситуациях. И, условно говоря, человек, который прочел в свое время «Гамлета» или «Отелло», будет воспринимать какие-то жизненные ситуации уже через призму того, что он из этого чтения почерпнул. А для человека, который не читал, все будет вновь. И он все это повторит в менее, скажем так, красивом формате, но вполне возможно, что очень страшном.

— А как вы оцениваете школьную программу по литературе?

— Мне трудно сказать, что она сегодня из себя представляет. В то время, когда я учился, школьная программа была вполне приличной. Безусловно, в детстве мы учили какие-то стихи о звездочках, галстуках и еще чем-то. Это не было образцами хорошей поэзии, но параллельно я читал Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Некрасова, Ходасевича, Пастернака. Может быть, мне не очень было интересно читать Чернышевского… Но, тогда вообще всё подавалось через определённую призму, то есть каждого писателя пытались всеми возможными способами притянуть к революционному движению, либо сказать, что он в этом движении участвовал, сам того не зная, либо, что он ошибался, в нем не участвуя. Вот это, конечно, было некой неприятной условностью. Но мне это не очень сильно мешало, потому что сами книги мне нравились.

— Как вы считаете, можно ли запрещать книги?

— Нет, я думаю, что не стоит запрещать даже самые страшные, самые тяжелые книги. Потому что не надо думать, что человек, прочитав эту книгу, будет думать именно так, как думает её автор. Он может познакомиться с его позицией, и принять ее или не принять. Он может занять свою позицию в отношении к этой позиции. На излете Советского Союза был очень интересный психологический эксперимент. В одном из парков Москвы на зеленой лужайке установили целый ряд табличек «По газону не ходить». И что вы думаете? В течение недели эта лужайка была полностью затоптана. Понимаете, да? То есть табличка, которая говорит «по газону не ходить», делает хождение по этому газону привлекательным. Она привлекает внимание, вызывает протест. Так же с запрещенными книгами. В советское время были книги, которые не издавались. Люди набирали их на машинке, перепечатывали под копирку, переплетали и передавали друг другу или даже продавали. Так я в первый раз читал «Мастера и Маргариту» — это был какой-то журнальный усеченный вариант, переплетенный в книгу, и там все, что было цензурой вычеркнуто, было вклеено на отдельных листочках. Я до сих пор эту книгу помню. Конечно, она обладала колоссальной привлекательностью. Ни одно последующее переиздание мне не было так дорого.

— Есть ли какая-то православная литература, которую нужно рекомендовать, допустим, для того, чтобы семьи были счастливы?

— Лучшей рекомендацией является интерес. Когда нам что-то рекомендуют, то далеко не всегда мы хотим эту рекомендацию реализовать в жизни. Поэтому скорее надо заинтересовывать. И потом православная литература — достаточно широкое понятие. «Лествица» — это православная литература, «Закон Божий», какие-то произведения Ивана Шмелева, Афонский патерик тоже. Но нельзя сказать, что это все нужно одному и тому же человеку. Мне кажется, что человек, имеющий культуру чтения, когда начинает читать книги о христианстве, понимает их гораздо лучше и яснее, чем человек, который такой культуры не имеет. Потому что когда у человека очень узкое, даже не школой сформированное литературное мировоззрение, то, если он берётся за какую-то сложную книгу о христианстве, то может ее не понять и отложить или понять превратно. И потом это превратное понимание реализовывать в своей жизни. Поэтому прежде чем человеку давать читать даже Авву Дорофея, которого я очень люблю и перечитываю, ту же «Лествицу», то хорошо бы ему сначала почитать Льюиса «Письма Баламута» и «Баламут поднимает тост». Потому что автор реалистично, с юмором, но вместе с тем совершенно всерьёз описывает то, как взаимодействует эта страшная сила с родом человеческим. И, прочитав его книгу, уже гораздо легче воспринимать святоотеческие произведения на ту же тему. Не говоря уже о том, что, на мой взгляд, никогда не надо замыкаться в какой-то определённой сфере. Я считаю, что взрослый человек, в том числе верующий, может читать хорошую художественную литературу, как классику, так и современную, и обязательно найдет что-то близкое ему.

Я, например, недавно открыл для себя такого автора, как Митч Элбом. Это известный писатель, он написал целый ряд совершенно замечательных произведений. Одно из них называется «Вторники с Морри». Морри был его профессором, когда онучился в университете. Впоследствии Элбом стал очень известным спортивным журналистом в США, а потом случайно узнал из какого-то шоу, что его профессор умирает от тяжелого заболевания. Он поехал к нему, это был вторник, а потом стал приезжать каждый вторник. Из их бесед сложилась книга. Еще одно его произведение: «Пятеро, что встретят тебя на небесах». По этой книге снят фильм. Глубочайшее произведение.

— Вы сами тоже пишете книги. На что вы рассчитываете? Чтобы люди задумались о жизни?

— Знаете, поскольку я пишу достаточно давно, то у меня уже сложилась своя читательская аудитория, которая расширяется с годами. Я достаточно активно веду работу в социальных сетях и вижу своих читателей, регулярно провожу читательские встречи в Москве. Для меня понятно, о чем я хочу поговорить со своей аудиторией. Но в то же время каждую книгу я пишу для себя. Потому что если она не будет интересна мне, если в ней не будет ответов, которые я нахожу для себя, то зачем мне предлагать её другим людям? Я знаю, в первую очередь, что хочу сказать самому себе, но опыт подсказывает, что то, что я говорю себе, оказывается интересным и для других людей.

Буквально на днях в издательстве «Эксмо» вышла моя новая книга, которая совершенно не похожа на предыдущие. Она называется «Что нам нужно для счастья. Как не прожить чужую жизнь». По ней можно понять, что эта книга написана верующим человеком, священником, но в первую очередь это книга о психологии и поиске себя (у игумена Нектария высшее психологическое образование, — Прим. ред.).

— А Библия? Обязательно ли читать Библию?

— Ее невозможно поставить в ряд с остальными книгами, каким бы хорошими они ни были, потому что это нечто совершенно особенное. Любая книга, это слово человеческое, а Библия, это всё-таки, в первую очередь слово Божие. Да, оно явлено и проговорено через людей, и поэтому человеческая индивидуальность там тоже присутствует. Мы видим, как евангелисты по-разному рассказывают об одних и тех же событиях. Они могут разниться в деталях, но совпадают в фактической стороне. Люди видят, переживают и чувствуют по-разному. Но в первую очередь это все-таки Слово Божие. И тут я могу сказать, что, безусловно, на мой взгляд, абсолютно любому человеку необходимо хотя бы раз в жизни прочитать Евангелие, даже если он атеист. Если он говорит: «Я не верю в Бога, не принимаю Христа», то пусть хотя бы узнает, кого он не принимает, в кого не верит. Тогда его атеизм будет честным, либо сменится чем-то другим.

Детская Библия — это совершенно нормальный вариант познакомиться с Библией в детском возрасте. Я помню, что прочитал Евангелие, наверное, лет в 11-12 в первый раз. Не могу сказать, что я его хорошо понял, но оно меня глубоко тронуло. Это было болезненное чтение, у меня проснулось чувство ужасной несправедливости, чудовищной жестокости по отношению к Христу Это главное, что я вынес из первого прочтения Евангелия — страшную обиду за Христа. Как можно было так с ним поступить? Потом я перечитывал уже в 16 лет и, конечно, воспринял по-другому. Но почему в первый раз читал в раннем возрасте, помню хорошо. У меня умирала собака, и я, в первый раз обратившись к Богу, стал очевидцем чуда: ситуация была безнадежной, но собака выжила. И у меня появилось чувство, что что-то важное я в связи с этим должен сделать. Прочесть Евангелие. И стал читать…